Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres. Ваш дядя, милорд, — мрачно ответил старый дворецкий. Виктория, в страхе цепляясь за рукав Джейсона. Доктор Уортинг просил ребенок резко поправился предупреждения не входить!

Джейсон только собирался постучать, как доктор Уортинг сам вышел к ним. Врач снял пенсне и стал задумчиво протирать стекла. Наконец, глубоко вздохнув, он поднял голову. У него очень серьезный рецидив, Джейсон. Да, но должен предупредить вас обоих: не делайте и не говорите ничего такого, что может взволновать его.

Рано или поздно мы все туда уйдем, дорогая, — сказал доктор с таким мрачным видом, что у Виктории подкосились ноги. Они вошли в комнату к находившемуся при смерти герцогу и встали по обе стороны изголовья. Прикроватная тумбочка была ярко освещена светом свечей, но Виктории все в этой комнате показалось таким же темным и пугающим, как ожидающая своего жильца отверстая могила. На одеяле лежала безжизненная рука Чарльза, и, глотая слезы, девушка взяла ее в свои ладони, отчаянно надеясь вдохнуть в него хоть капельку своей силы. Глаза Чарльза судорожно приоткрылись, и ему с огромным трудом удалось сфокусировать взгляд на ее лице.

Мое дорогое дитя, — еле слышно прошептал он. Я не собирался отойти в лучший мир так скоро. Сначала мне хотелось увидеть, что вы счастливо устроили свою жизнь. Кто позаботится о вас, когда меня не будет? Разве у вас есть еще кто-нибудь, кто приютит вас и обеспечит всем необходимым? Слезы градом текли по щекам девушки. Она так любила его и вот теперь теряет!

Виктория пыталась вымолвить что-то, но застрявший в горле комок заглушил ее голос, и ей оставалось лишь крепче пожать слабую руку герцога. Чарльз с трудом повернул голову на подушке и взглянул на Джейсона. Вы так похожи на меня, — прошептал он, — так же упрямы. А теперь будете так же одиноки, как и я. Вам нельзя разговаривать, — хриплым голосом сказал Джейсон. Я не могу себе этого позволить, — еле слышно возразил Филдинг-старший. Я не могу спокойно покинуть этот мир, зная, что Виктория останется одна-одинешенька на всем белом свете.